Нам не нужен мир любой ценой. Интервью с Рыбачуком

Фото: АР Рыбачук отмечает, что сейчас Украина находится в центре внимания США и Европы и важно не упустить свой шанс на проведение реформ

Олег Рыбачук в интервью Корреспонденту рассказал, почему США не дают Украине оружие и когда Америка может отвернуться от Украины.

Представляя Олега Рыбачука, журналисты часто называют его политиком, хотя активным участником политики бывший вице-премьер не является уже семь лет, пишет Евгения Вецько в №26 издания от 3 июля 2015 года. Сегодня он сосредоточился на общественной деятельности в рамках организации Центр UA (частично финансируется через Агентство развития США).

«Мы «кошмаримо» правительство, Президента, депутатов, следим за выполнением политических обещаний, корректируем сознание избирателей», – описывает свою работу Рыбачук.

Параллельно он, по собственному признанию, занимается тем, что должно делать Министерство информации, – доносит позицию Украины в Европу и США.

«Последний год у меня фактически монопольное представительство Украины за рубежом. Я вхожу в неформальные европейские клубы, где влиятельные мировые деятели встречаются и обсуждают мировую политику. Я в шутку называю их масонскими. И было бы намного эффективнее, если бы кроме меня там были еще спикеры из Украины», – добавил Рыбачук.

А вот возвращаться в классическое политическую жизнь он не спешит – слишком много вопросов у него к нынешней украинской власти и ее эффективности. В интервью Корреспонденту экс-вице-премьер рассказал о том, как США защищают Украину и почему наша страна может оказаться в категории бесперспективных и безнадежных для западных партнеров.

— Как США влияют на украинскую власть?

— На нас легко влиять через Международный валютный фонд. «Не делаете то, что мы считаем нужным? Не дадим денег». Это примитивная формула, она унизительна для украинской власти, но мы зависим от внешнего финансирования.

А США имеют наибольшее влияние на МВФ. Хотя надо сказать, что европейские и американские структуры сейчас играют в унисон. Эта музыкальная партия звучит так: «Не будет реформ – не будет денег». И она нравится украинскому обществу.

Правительству сейчас очень важно привлекать средства. При условии проведения реформ проблем с этим не будет. Тогда мы начнем получать не кредиты, а инвестиции. Например, в США готовится конференция, где мы попробуем убедить несколько сотен инвесторов, что в нас можно вкладывать деньги. Но им это будет интересно только тогда, когда мы одержим победу на внутреннем фронте реформ.

— И тем не менее именно с ними у власти не все складывается. Наши американские партнеры еще не разочаровались в Украине?

— Система отступает, но она не разрушена. Пока что мы говорим в общем, у нас в Верховной Раде 300 из 400 голосов европейские. Как только переходим к действиям, пытаемся изменить фундаментальные вещи, то выясняется, что никакой европейской большинстве нет.

Если мы до конца года не демонтируем основные столбы старой системы, не проведем судебную и антикоррупционную реформу, то попадем во времена смуты надолго

Но если мы до конца года не демонтируем основные столбы старой системы, не проведем судебную и антикоррупционную реформу, то попадем во времена смуты надолго. Мы попадем в категорию серых, безнадежных стран. Мы исчезнем с карты приоритетов. В своей жизни не видел столько форумов, где основным вопросом была бы Украина, как в прошлом году. Предвижу, что впервые Украина будет одной из тем дебатов кандидатов в президенты США. Такого больше может не быть энное количество лет. Эту ситуацию нельзя не использовать. Сейчас США делают для нас невероятные вещи.

— Например?

— Америка выступила лидером политики санкций. Она всегда первая их усиливает. Америка политически резолюцией двух палат конгресса признала Россию агрессором. Во Всемирном банке США лидер, в Европейском – крупный акционер. То есть решаются финансовые вопросы. Военные, политические вопросы – везде Америка является центром консолидации. Америке проще бороться с Россией.

— То есть Украина – это плацдарм борьбы США и России?

— Такое мнение есть даже у некоторых европейцев, и я считаю ее попыткой объяснять сложными вещами свою глупость.

Несколько лет американцам наша страна была абсолютно неинтересной. Когда я был вице-премьером по евроинтеграции, конгрессмены обиженно спрашивали меня, почему мы не говорим о трансатлантическую интеграцию. Я тогда отвечал, что речь идет только о стандартах, что нам важно дистанцироваться от Советского Союза. А потом американцы откровенно от нас отошли.

Во времена Обамы Штаты занимались своими внутренними проблемами. Кроме того, Обама хотел войти в историю как миротворец, он предпочитал политике невмешательства. А сейчас просто вынужден реагировать, потому что Путин бросил вызов мировой системе безопасности.

Долго Путин довольно успешно разыгрывал антиамериканские настроения в Европе. Пока не проглотил Крым. И теперь Европа просит США защитить ее. Американцев не было в Европе, но они вернулись благодаря Путину.

Формально Россия захватила Крым, потому что там должна была появиться база НАТО. Боялись мифической базы? А в итоге количество американцев в Европе увеличилось в разы. НАТО три года не мог организовать обучение на 4 тыс. человек, а теперь Альянс проснулся. Сейчас Европа, особенно Балтия, просит американцев взять ее под свою защиту. Мне в Братиславе честно признавались, что без Америки системы безопасности в Европе не существует. США – это не пехота. Америка – это космос, электроника, авиация.

Москва доигралась. Разговоры о том, что Россия – стратегический партнер Запада, прекратились. А то, что мы сейчас видим, – это перерождение, изменение роли США в системе глобальной безопасности.

При этом очень важно, чтобы и украинцы не теряли инициативы. Конечно, без мировой помощи мы не справимся с Путиным, но мир не должен без нас договариваться о нашем будущем.

Каждый раз, когда я слышу, что нам нужен мир любой ценой, я напоминаю, что это может закончиться потерей нашей независимости

Каждый раз, когда я слышу, что нам нужен мир любой ценой, я напоминаю, что это может закончиться потерей нашей независимости. Так, нам достаточно стать частью советской республики, и все. Но мы не можем на это пойти. И все эти минские соглашения – это попытка выиграть время, чтобы стать сильнее. Разговоры о том, что другого выхода нет, – политические. Все есть и все будет. Просто мы должны быть сейчас очень успешными в реформах. И параллельно привыкать смотреть на мир, как на него смотрит Израиль, когда вокруг постоянная угроза.

— Когда Украина вернула интерес США к своим проблемам? Отправная точка – Евромайдан?

— Крым, Евромайдан – это что-то ритуальное. Именно аннексия Крыма – это нарушение всех балансов. Потом пошли провокации против союзников, и тогда уже Европа изменила риторику. Год назад на вопрос, что вы будете делать, если у вас появятся «зеленые человечки», в Латвии не могли ответить. Сегодня на такой же вопрос эстонцы говорят: «Уничтожим». Если заденут кого-то из НАТО, то будет туго. Они уже провели несколько учений. Даже в Антарктиде есть подразделения.

— А в Украине отношение к НАТО остается неоднозначным. Несмотря на последние соцопросы, за присоединение к Нато выступают 40% украинцев.

— В Украине сейчас одна часть общества требует присоединения к НАТО, а другая – заключение двустороннего соглашения с американцами. Даже больше, люди критикуют американцев, что те никак не решатся дать нам оружие. Ранее доисторические бабушки приезжали в Феодосию, чтобы помешать натовцам строить мост, а сейчас требуют, чтобы вместо инженеров пришли солдаты с оружием.

— Кстати, по поводу оружия. Нам стоит в этом плане рассчитывать на американцев?

— Требовать оружия – все равно что стоять с дырявым ведром и удивляться, почему туда не льют воду. Для того чтобы поставлять оружие, нужна интеграция. А она начинается с сотрудничества спецслужб. Если ходили слухи, что экс-глава СБУ Валентин Наливайченко пользуется доверием американских спецслужб, то с точки зрения главнокомандующего является большой глупостью увольнять его с должности в разгар конфликта. Это плохой шаг. Генштаба не доверяют даже комбаты. Можно ли нам давать оружие? С таким уровнем коррупции, с тем, что на блокпостах происходит, можно? Она гарантированно попадет в русских и так называемых ополченцев.

Американцы все делают правильно. Они принимают наших солдат и обучают их. Это важнее, чем дать нам современное оружие

Поэтому американцы все делают правильно. Они принимают наших солдат, людей, которые с палками в руках уничтожали элитные российские подразделения, и обучают их. То, что сейчас делают 300 американских инструкторов, даст колоссальный эффект. До нашего героизма мы добавим современные военные знания. Это важнее, чем дать нам современное оружие. Нам нужны современные системы связи, нам требуется подключение к космосу. Ведь что такое американский солдат? Это современные технологии.

Кроме того, могу открыть секрет, что сенатор Маккейн инициировал закон, который заставит президента США продавать оружие. Эта норма вмонтирована, условно говоря, в бюджет. Президент либо подписывает все, или все ветирует. Поэтому оружие у нас будет. К тому же есть другие страны, которые готовы ее продавать.

И третье. Никто не будет созывать пресс-конференцию, чтобы заявить, что он начинает продавать оружие. Думаю, что уже сейчас она на Донбассе появляется. Путин говорит, что там нет русских солдат? Так и американского оружия там нет.

— Как изменятся отношения Украины и США после президентских выборов в Штатах?

— Равнодушными они к нам не станут. Главное, чтобы Украина оставалась активной в плане реформ. Иначе с нами будет так, как с Чернобыльской зоной. Ее просто закрыли, защитились и забыли. Так же с нами сделают американцы и весь мир. Защитятся и скажут: «Живите». Это сценарий развития Украины, если мы серьезно не займемся модернизацией.

— И, несмотря на действия нашей власти, он пока что самый вероятный?

— Я никогда не кричал «все пропало». Для меня появление поколения детей, что выбросили Януковича, – хороший знак. У нас серьезные дядьки продают бизнес, покупают оружие и идут воевать за Украину. Такую страну захватить и победить нельзя. У нас не хватает политической партии нового поколения, но она появится. В тезис о том, что Мамочка умрет, я не верю.

***

Этот материал опубликован в №26 журнала Корреспондент от 3 июля 2015 года. Перепечатка публикаций журнала Корреспондент в полном объеме запрещена. С правилами использования материалов журнала Корреспондент, опубликованных на сайте Корреспондент.net, можно ознакомиться здесь.

Источник

Комментировать

Ваш электронный адрес не будет опубликован.


*