Поверить в себя. Переселенцы достигли первых успехов в бизнесе

Фото: Дмитрия Никонорова Дипломированный врач Анастасия Ларкина решила в Киеве реализовать свою мечту и открыла кафе-кондитерскую

Переселенцы из Донбасса и Крыма за год достигли на новом месте первых успехов в бизнесе.

В маленьком кафе-кондитерской Love Саке на вул. Горького в Киеве наливают вкусный домашний лимонад. Атмосфера здесь необычно камерная для центра мегаполиса: тихо играет музыка, мягко мигают лампы, стены – в пастельных тонах. На все это вдвойне приятно смотреть, когда узнаешь, что заведение создано руками хрупкой 26-летней Анастасии Ларкіної из Донецка, пишет Юлия Кораблева в №23 журнала Корреспондент от 12 июня 2015 года.

«Сначала у меня была идея создать место, где было бы максимально уютно, где тебя всегда встречала бы хозяйка и куда хотелось бы возвращаться. Процесс идет, и я чувствую, что у нас все получится», – со смущенной и одновременно гордой улыбкой владелица кафе рассказывает Корреспонденту, как смогла обустроиться на новом месте.

Ларкина – одна на миллион, и это не метафора. По данным Министерства соцполитики, сегодня в Украине насчитывается 1,3 млн так называемых внутренне перемещенных лиц, вынужденных покинуть свои дома из-за оккупации Крыма и АТО на Донбассе. И это только те, кто зарегистрировался.

Трудоустройство переселенцев – головная боль как для них самих, так и для власти. В Госслужбе занятости населения говорят: с начала крымских событий и проведения АТО к ним за помощью обратилось 50,5 тыс. беженцев. Это капля в море по сравнению с реальным количеством тех, кому нужна работа на новом месте.

На помощь приезжим пришли волонтеры, которые открыли школы обучения новых специальностей и предпринимательству, а также помогли найти работу. Те переселенцы, кто на малой родине вел активный образ жизни, занимался собственным делом, через год после бегства от войны и аннексии уже достигли первых успехов.

Беженцы открыли свои кафе и парикмахерской, запустили рекламные проекты, добились высоких должностей и с головой ушли в общественную работу. На первом этапе им пришлось преодолевать трудности адаптации и обычные для начала любой коммерции бюрократические рогатки.

«Главное иметь стойкую мотивацию», – уверена Мария Маруженко, координатор работы со СМИ волонтерского проекта Центр занятости свободных людей.

Чебуреки и торты

У крымско-татарской чебуречной Софра (в переводе с их языка – «накрытый стол») на Подоле не протолкнуться. Здешние чебуреки – настоящее произведение искусства. Именно поэтому среди посетителей заведения можно заметить известных персон, например бывшего министра иностранных дел Андрея Толику.

Кафе украшено украинской и крымскотатарской символикой, а часть дохода идет на помощь бойцам АТО. Семья Буджурових, которая не приняла аннексию Крыма и переехала на материк, в своем кафе пытается хоть немного восстановить атмосферу родины, угощая посетителей великолепными чебуреками и аниками – аналогами первых, только печеными на сухой поверхности, а не жаренными во фритюре.

Буджуров эскендер, глава семьи, который на полуострове работал управляющим отелем, планирует в дополнение к Софри открыть сеть закусочных по Киеву, в том числе и детских – с восточными сладостями.

Фото Дмитрия Никонорова

Буджуров эскендер (справа), перебравшись из Крыма, открыл в Киеве семейный бизнес

Ларкина, в отличие от него, пока не может похвастаться толпами посетителей, которые штурмуют двери ее кондитерской. Однако для молодого врача-офтальмолога, который делает только первые шаги в бизнесе, каждый посетитель – уже маленькая победа.

Идея открыть кафе в центре столицы пришла к Ларкіної спонтанно. Проезжая мимо будущее помещение своего заведения, предлагаемого в аренду, она влюбилась в него с первого взгляда.

«Идет ливень, я выскакиваю из машины, бегом записываю номер [телефона на двери], – вспоминает Ларкина. – Тут заходят какие-то мужчины на просмотр, я посмотрела на них жалобно и попросила тоже посмотреть. И решила: кафе будет здесь! Мои знакомые говорят: если бы я была опытной акулой бизнеса, я бы вряд ли так поспешно приняла решение. Но, может, оно и к лучшему».

Новоиспеченную бизнес-леди на первый взгляд можно принять за студентку. И это недалеко от истины – летом 2014 года она закончила интернатуру в Донецком мединституте. Однако ожесточенные бои за местный аэропорт вынудили семью покинуть дом, который как раз находился неподалеку от места боевых действий. Последней каплей стал случай, когда за бои скорая не смогла приехать к больному дедушке Ларкіної.

Сначала семья перебралась в Хмельницкий, где устроиться по специальности Ларкіній не удалось. И здесь идея кафе, которое она вынашивала еще в Донецке, вдруг снова стала актуальной.

Благотворительная организация помощи беженцам Крым-SOS объявила конкурс среди переселенцев на лучший бизнес-план по открытию собственного предприятия. Основная идея – показать, что твое дело может принести пользу таким же, как и ты.

«И тут моя мама мне говорит: ну а что ты теряешь? И я подумала: ну правда же – ничего! – смеется она. – Написала бизнес-план сразу под Киев (очень хотела сюда переехать) и в итоге выиграла грант. Правда, грант – это громко сказано. Помощь не денежная – приз состоял из кофе-машины и тостера. Но это стало неким пинком судьбы».

Потом начались хлопоты вокруг переезда в столицу, остановки на день-два у знакомых, поиск денег, которые помогли собрать друзья. Ларкина вместе с семьей засучила рукава и самостоятельно обустроила весь интерьер своего кафе. Недавно в кондитерской появилась вывеска, чем ее хозяйка очень гордится. Однако признает: трудностей еще много.

«У нас нет, например, профессиональных пиарщиков, которые приведут в кафе знаменитостей», – делится предпринимательница заботами.

Истории успешного построения переселенцами бизнеса на новом месте не редкость, хотя пока еще и не тренд. Они осваивают разные сферы – от кафе и парикмахерских до программирования и рекламы

Истории успешного построения переселенцами бизнеса на новом месте не редкость, хотя пока еще и не тренд. Они осваивают разные сферы – от кафе и парикмахерских до программирования и рекламы.

Татьяна Ткаченко из Луганска организовала в Киеве производство деликатесов. Проект называется Гурманьяки и предлагает покупателям кулинарные соли, смеси для глинтвейна и традиционные английские десертные кремы – курды.

Стилист и визажист из Донецка Анна Кравченко полгода назад приехала в Киев с парой платьев и чемоданчиком косметики. Обосновавшись в столичном ТРЦ Гулливер, она стала соучредителем салона красоты Руки-Ножницы и за полгода смогла собрать на своих 20 м салона чуть ли не пол-Киева.

Степень свободы

Дмитрий Острецов с Луганска, когда Корреспондент заводит с ним разговор о его новой жизни в Днепропетровске, заливается смехом: «Кто вам сказал, что я успешный? А ну признавайтесь, кто меня сдал!».

Говорить о себе как об успешном человеке Острецов не хочет, хотя, даже если не брать во внимание историю его переезда, он все равно попадает под это определение. В Днепропетровске Острецов живет год – вместе с семьей покинул Луганск, когда силы АТО успешно начали отбивать населенные пункты у боевиков.

«На самом деле все просто: необходимо четко понимать, насколько тебе хватит твоей «финансовой подушки». Да и вообще, у многих она есть? Мне вот по самым пессимистичным прогнозам хватило бы денег на два месяца. То есть я был бы вынужден уехать обратно в Луганск. Поэтому и пришлось шевелиться», – делится Острецов своим секретом успеха.

Фото из личного архива Дмитрия Острецова

Дмитрий Острецов, переехав из Луганска в Днепропетровск, достиг успеха в развитии своего бизнеса

Дома осталось любимое кожаное кресло и только что купленное кровать. На новом месте вместо материальных ценностей появились духовные – знакомые, которые сочувствуют, и необходимость заново обустраиваться и кормить семью.

Нежелание возвращаться в Луганск, который силы АТО так и не отбили, стало хорошей мотивацией. Еще на родине Острецов начал пробовать работать на себя – занимался программированием, маркетингом и рекламой, разрабатывал интернет-сайты. В Днепропетровске пришлось создавать базу заново – не только искать новых заказчиков, но и покупать дорогие компьютер, камеру и другое оборудование.

Сейчас ему хватает денег не только на то, чтобы постоянно обновлять рабочее место, но и регулярно путешествовать

Сейчас ему хватает денег не только на то, чтобы постоянно обновлять рабочее место, но и регулярно путешествовать, а также слышать от знакомых: «Димка – самый успешный из переселенцев, которых я знаю».

Основные критерии обеспеченности, квартиру и машину, Острецов покупать пока не планирует, хотя доходы позволяют.

«Я не собираюсь таксовать или сдавать в аренду жилье. А для души я лучше свожу семью в Карпаты или к морю чкурнемо», – рассуждает луганчанин.

Перевести бизнес в другой город – дело трудное, хлопотное и часто почти невыполнимая, убедился не только Острецов, а и его землячка Анна Ліферова. В ее родном Красном Луче осталось три бизнесы, недавно купленный дом и машина.

На побег была ровно час, вспоминает Ліферова, – времени хватило, чтобы только одеться, взять документы и уехать на вокзал. Поэтому, когда в столичном хостеле у нее украли единственную пару обуви, спасением сначала стали только волонтеры. А потом еще и деньги, вырученные от проданной машины.

Кроме предпринимательства Ліферова на родине занималась общественной деятельностью – возглавляла молодежную организацию, занималась социальной работой. В Киеве она решила продолжить именно эту линию. Луганчанка занимается проблемами переселенцев в фонде Восток – Киев – Помощь, а также стала президентом общественной организации Дети Донбасса. Параллельно она заканчивает магистратуру по специальности теолог.

Фото Дмитрия Никонорова

Многое потеряв в родном Красном Луче, Анна Ліферова не опустила руки. Сейчас она помогает переселенцам

«Конечно, сравнивать прошлую жизнь и нынешнюю-невозможно. Сначала было трудно, я привыкла работать на себя, а тут пришлось вспоминать, что такое подчинение начальству. Но с этим справляешься», – рассказывает Ліферова.

Ее 16-летний сын после переезда показал блестящие результаты на экзаменах в школе и готовит себя к поступлению в Киево-Могилянскую академию. Мать уверяет: в родной школе так много друзей у него не было.

Слезть с чемоданов

За прошлый год Госслужбе занятости устроить на работу удалось 11 тыс. переселенцев, 38 тыс. приобрели новую специальность. Еще 20 тыс. продолжают получать услуги по профессиональной переориентации.

«Вообще, если говорить откровенно, большинство не идут в центры занятости», – говорит Маруженко из Центра занятости свободных людей. Этот волонтерский проект был создан после аннексии Крыма для помощи переселенцам в трудоустройстве.

На данный момент за помощью в Центр занятости свободных людей обратились более 5,5 тыс. внутренне перемещенных лиц из зоны проведения АТО и Крыма. Из них 1,5 тыс. получили работу

На данный момент за помощью в центр обратились более 5,5 тыс. внутренне перемещенных лиц из зоны проведения АТО и Крыма. Из них 1,5 тыс. получили работу. Наиболее востребованными у них есть вакансии в сфере административного управления, бухгалтерии, розничной торговли, строительства.

По словам Маруженко, последнюю роль в успешном трудоустройстве переселенцев играет позиция работодателей.

«Нельзя сказать, что дискриминации в отношении переселенцев не существует вовсе, – вздыхает активистка. – В свое время работодатели были патриотически настроены и принимали или не принимали специалистов по политическим причинам. Но сейчас ситуация сравнялась. Если специалист хороший, то его с руками и ногами заберут. Тем более донецкие специалисты, как правило, дешевле киевских».

Среди работодателей сейчас больше ценится желание и профессионализм сотрудника, а этого у переселенцев, как правило, в избытке

Контент-эксперт портала rabota.ua Татьяна Пашкина подтверждает: среди работодателей сейчас больше ценится желание и профессионализм сотрудника, а этого у переселенцев, как правило, в избытке.

«К тому же есть еще простое и искреннее желание помочь людям, – уверяет эксперт. – Есть работодатели, которые активно приветствуют в своих рядах переселенцев, есть те, кто особо это не афиширует».

Впрочем, не стоит представлять картину очень радужной, добавляет она. Показательно, что на сайте rabota.ua лишь 19 резюме, где соискатель отмечает тот факт, что он переселенец. Пашкина уверена: у большинства еще остался страх, что за место проживания в работе будет отказано.

Тем более что обоснованные риски у работодателя есть – например, ему невыгодно давать переселенцю возглавить крупный долгосрочный проект, ведь неизвестно, надолго ли человек задержится в городе.

Однако и в целом открывать бизнес в период кризиса – большая авантюра, способная, однако, принести плоды. Конкуренты начинают уходить с рынка, оставляя бреши в тех сферах, которые ранее были плотно заполнены. При наличии желания и мобильности дело может пойти активно и начать приносить доход даже быстрее, чем в спокойные годы, говорят эксперты. А у переселенцев есть свое преимущество – им некуда отступать.

«У нас, к сожалению, нет учета людей, которые успешно открыли свое дело, – отмечает Маруженко. – Курсы предпринимательства прошли около 1,5 тыс. человек, из них треть пошли работать по профилю. Я знаю минимум семь человек, кто смог зацепиться в столице и активно развивает свой бизнес».

С другой стороны, психологическая адаптация каждому дается по-разному. У кого-то она длится полтора месяца, у кого-то может и четыре, объясняет психолог Алексей Васильев.

«Для человека [переселенца] все новое, и часто его это раздражает: воздух не такой, здания не такие, – объясняет специалист. – В этот момент важно провести внутренний анализ – оценить ситуацию и составить стратегию, что дальше делать. Ты уже не на чемоданах, ты приехал на новое место, где нужно двигаться вперед».

Маруженко добавляет: переселенцы сталкиваются с такими же проблемами во время открытия бизнеса, как и остальные. Кроме того что все они проходят период социальной адаптации в новом городе, им приходится воевать с бюрократической машиной. И это очень сильно влияет на продвижение бизнеса дальше идеи.

Несмотря на то что война делает любые прогнозы на будущее сомнительными, эксперты видят в судьбе переселенцев больше положительных тенденций, чем отрицательных.

«Как минимум всегда есть сезонные работы, плюс количество предложений из-за рубежа постоянно растет. Да и по городам-миллионникам мы отмечаем прирост вакансий. Так что было бы желание», – считает Пашкина.

Сами новоиспеченные бизнесмены теперь уверены: если осознавать, что ты начинаешь новую жизнь, то и процесс адаптации и становления на новом месте, пройдет максимально быстро. Особенно если есть поддержка со стороны родных.

«Когда тебе или твоему родственнику хочется лезть в петлю, нужно держаться вместе. Нужно постоянно друг друга поддерживать. Поверьте, в нашей ситуации семья действительно спасает и помогает со всем справиться», – говорит Ларкина.

А Острецов добавляет, что важно не раскисать и не жалеть себя.

«Даже если вас съели, то у вас все равно есть два выхода, – шутит луганчанин. – А мы-то живые. Так что все будет хорошо».

***

Этот материал опубликован в №23 журнала Корреспондент от 12 июня 2015 года. Перепечатка публикаций журнала Корреспондент в полном объеме запрещена. С правилами использования материалов журнала Корреспондент, опубликованных на сайте Корреспондент.net, можно ознакомиться здесь.

Источник

Комментировать

Ваш электронный адрес не будет опубликован.


*